МВФ предупредил мир о грядущей финансовой катастрофе
В эти дни в Бангкоке на ежегодную встречу Международного валютного фонда (МВФ) и Группы Всемирного банка (ВБ) собрались 18 тысяч участников, включая министров финансов, руководителей центральных банков, представителей бизнеса и международных организаций, чтобы обсудить, как мировой экономике справиться с растущими долгами, энергетическим кризисом и нехваткой инвестиций.
Источник фото:
Российская делегация во главе с вице-премьером РФ Алексеем Оверчуком прибыла в Бангкок, чтобы поучаствовать в осенней сессии руководящих органов Международного валютного фонда (МВФ) и Всемирного банка. А заодно и сравнить свои представления о положении дел в мировой экономике с мнениями тех, кто управляет международными финансами.
Планы нашей делегации весьма обширны. Как отметили в пресс-службе правительства РФ, это – семинары высокого уровня, посвященные цифровизации управления земельными ресурсами и развитию цифрового государства для привлечения инвестиций и стимулирования экономического роста, а также участие в заседаниях руководящих органов Международного банка реконструкции и развития и двусторонние переговоры, в том числе с руководством Всемирного банка. Такое взаимодействие позволит полнее донести позицию российской стороны, ее видение глобальных проблем, с которыми сегодня столкнулось мировое сообщество.
Международные наблюдатели обратили особое внимание на то, что, несмотря на важность форума, устроенного МВФ и Всемирным банком, министр финансов США Скотт Бессент решил не приезжать в Бангкок, направив вместо себя заместителей. Одни сочли это как техническую накладку, другие увидели загадочный политический знак, связанный с изменившимся отношением Вашингтона к глобальным структурам. До сих пор Соединенные Штаты играли ключевую роль в обеих финансовых организациях МВФ и ВБ, их политика непосредственно влияла на ситуацию с торговлей, энергетикой и международным кредитованием. Так что жест США показался многим довольно странным.
А вот для принимающей стороны форум имеет особое значение. Почти три десятилетия назад именно Таиланд оказался в эпицентре азиатского финансового кризиса 1997 года и был вынужден обращаться за помощью к МВФ. Теперь Бангкок стремится представить себя надежной площадкой для международных инвестиций.
Таиланд намерен предложить иностранным инвесторам проекты в области полупроводников, центров обработки данных, электромобилей и возобновляемой энергетики. Министр финансов Таиланда Экнити Нититханпрапхат, поставивший стимулирование роста за счет инвестиций во главу своей повестки, рассчитывает использовать свое положение государства, поддерживающего экономические связи с различными центрами силы. Это помогает, подчеркнул министр, в условиях фрагментации мировой экономики Таиланду стать надежным связующим звеном, способным «скрепить ее разрозненные части».
Настрой дискуссии на форуме в Бангкоке задала директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева. Выступая накануне таиландского финансового саммита в Сигнапуре, она предупредила правительства мировых держав о необходимости сдерживать расходы и укреплять финансовую устойчивость.
И хотя, по ее оценке, «мировая экономика пока демонстрирует способность противостоять потрясениям, однако риски накапливаются». Говоря об угрозе нового скачка цен на нефть с приближением холодного сезона, Георгиева использовала известное выражение: «Зима близко».
Сумеет ли мировая экономика справиться с проблемами до наступления холодов и преодолеть суровое дыхание энергетического кризиса?
Война на Ближнем Востоке, развязанная США и Израилем, натворила немало бед, привела к серьезным перебоям на мировом нефтяном рынке, а цены дизельного топлива и удобрений уже взлетели до небес. И привести все мировое хозяйство в надлежащий порядок за месяц – другой точно не получится. Но утолять энергетический голод все равно придется, чтобы не замерзнуть.
Незадолго до встречи в Бангкоке директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева призвала правительства затянуть пояса на фоне растущего уровня мирового долга. «Мы не можем и дальше откладывать принятие необходимых политических мер – у вас есть инструменты, теперь у вас есть мудрость, чтобы их использовать», – заявила она, стараясь придать своему утверждению особую многозначительность.
На встрече МВФ и Всемирного банка в Бангкоке Гергиева назвала две страны – США и Китай, которые, по оценке фонда, вносят основной вклад в чрезмерный дисбаланс мировой экономики, о росте которого уже давно предупреждает МВФ. В сложившейся ситуации, по мнению Гергиевой, Китаю следует увеличить внутреннее потребление и постараться отойти от экспортной модели. Соединенным Штатам – снижать долговую нагрузку, а странам Европы надо работать над повышением конкурентоспособности. «Если говорить простыми словами, Китай должен больше тратить, США должны больше экономить, а Европа должна больше инвестировать», – наставляла глава МВФ.
Затяжной конфликт на Ближнем Востоке, дорогие энергоносители, закредитованность, опасения относительно перспектив мировой экономики особенно сильно ударили по развивающимся странам, которым приходится одновременно финансировать социальные программы, закупать дорожающие энергоносители и расплачиваться по старым долгам.
Президент Всемирного банка Аджай Банга в интервью Reuters, опубликованном накануне форума, обозначил остроту этой проблемы и сообщил, что его организация обсуждает возможную антикризисную помощь сразу с 30–40 странами. «Мы готовы. Мы поддерживаем контакты и ведем переговоры с целым рядом государств», – заявил он.
Первоначально Всемирный банк предусмотрел 25 миллиардов долларов для преодоления последствий кризиса. Но это не предел. При ухудшении ситуации общий объем доступной поддержки может достичь 100 миллиардов долларов. Конечно, для десятков стран, нуждающихся в помощи, погоды такая сумма не сделает, тем более, что отдавать долги беднейшим странам обычно приходится, взяв на себя кабальные обязательства.
При этом проблема заключается не только в нехватке денег. Развивающимся странам предстоит в нынешнем году выплатить внешним кредиторам около $400 миллиардов, причем примерно треть этой суммы составляют проценты. Многие из беднейших стран не видят выхода из долговой зависимости. Впрочем, не только они. Даже успешных воротил международной экономики засасывает долговая воронка.
По прогнозу МВФ, изложенному фондом в очередном докладе «Перспективы развития мировой экономики», объем чистых заимствований развитых стран в этом году достигнет 5,2% ВВП, что является самым высоким показателем с 2021 года.
Одни только чистые заимствования органов государственного управления в США составят 8,5% ВВП. Утешает одно: согласно прогнозу МВФ, темпы роста американской экономики останутся стабильными и составят 2,3% как в текущем, так и в следующем году.
А вот в Китае, по представлениям экспертов МВФ, темпы роста ВВП замедлятся до 4,5% с прежних 5%, а к 2027 году – и вовсе до 4%. Что же касается нашей страны, то рост ВВП в 2026 и 2027 годах, как считают в фонде, не дотянет и до одного процента. Но это только прогноз, который, впрочем, может и не сбыться. Премьер-министр Михаил Мишустин полагает, что в следующем году наш ВВП вырастет на 1,4%. В дальнейшем динамика планомерно ускорится (по прогнозу – до 2,4% в 2029 году).
МВФ утверждает, что госдолг России к концу 2026 года вырастет до 19,1% ВВП, а в 2031‑м достигнет 29,1%. Но и эти расчеты весьма условны. В мае 2026 года государственный долг России вопреки мрачным прогнозам составлял около 17% ВВП и являлся одним из самых низких среди стран «Большой двадцатки» (G20). И хотя министр финансов России Антон Силуанов предупреждал, что дефицит федерального бюджета в 2026 году будет больше, чем прогнозировалось изначально, но не превысит 3% ВВП, делать из этого трагедию не нужно. «Главное, что источниками финансирования этого дефицита будут в основном остатки средств. Мы будем выходить на рынок, но в тех пределах, которые обеспечат нам устойчивое положение финансового рынка. То есть общий объем заимствований, который мы предусматривали, будет несколько превышен, но это ни в коем случае не будет отражаться на финансах», – разъяснил Силуанов.
О том, что «дефицит бюджета в России есть, но он не критичен», говорил на Восточном экономическом форуме Президент России Владимир Путин. Власти, по его словам, стараются не перегружать финансовую систему государственными заимствованиями, чтобы не сокращать доступ бизнеса к финансированию. И «если иметь в виду, что у нас один из самых низких показателей государственного долга в мире, то ничего критичного здесь нет».
Внутренний государственный долг России на 1 сентября 2026 года составляет ₽33,155 трлн, из него в государственных ценных бумагах – ₽32,65 трлн. Речь идет в основном о внутренних заимствованиях, то есть в роли кредиторов выступают граждане, которым государство за это гарантирует хорошие проценты. В 2028 году объем валового привлечения на внутреннем рынке по проекту бюджета на трехлетку заложен в размере ₽7,43 трлн, в 2029 году – ₽8 трлн. Если учесть, что в конце 2021 года госдолг составлял ₽16,7 трлн, в 2018 – ₽7,2 трлн, то это, по международным меркам, не так уж и много. Минфин по-прежнему стремится к разумному балансу, хотя в прошлогоднем проекте трехлетнего бюджета на 2027 год закладывались цифры поскромнее.
Внешний долг России летом составлял 10% от ВВП (на 1 сентября этого года – $56,86 млрд). И как заявил министр финансов, Россия скоро его погасит. Рассчитавшись со всеми, мы обретем еще большую независимость от международных организаций кредиторов.
На первом пленарном заседании Госдумы нового, девятого, созыва Президент России Владимир Путин заявил, что Россия «не может бегать по всему миру, унизительно клянчить подачки с протянутой рукой. Во-первых... это унизительно. Во-вторых, нам никто не подаст, мы это хорошо знаем. А в‑третьих, это самое главное – нам этого не нужно».
По словам Путина, финансовая система и экономика России «чувствуют себя уверенно». Российские финансы в полном порядке, и это не раз отмечали международные наблюдатели. Россия готова поделиться своим опытом, а заодно и своим видением реформ международных кредитных организаций.
Важность участия нашей страны в таких структурах, которые «представляют собой каналы диалога ведущих экономик мира», не раз отмечал Президент России. Глава государства, в частности, подчеркивал важность усиления координации стран БРИКС в МВФ, Всемирном банке и Всемирной торговой организации (ВТО) и в то же время указывал на то, что давно назрел вопрос об их совершенствовании.
Свой взгляд на реформу международных финансовых организаций перед заседанием Международного валютно-финансового комитета (МВФК) в Бангкоке предложил министр финансов РФ Антон Силуанов. Так, МВФ он призвал отойти от «факультативных» задач и вернуться к своему изначальному, исключительно экономическому мандату, восстановить единые и недискриминационные подходы к кредитованию стран, разработать налогово-бюджетные рекомендации и развивать инструментарий надзора за их жестким исполнением.
Силуанов не преминул указать фонду, авторитет которого принято считать непререкаемым, на старые и во многом отжившие подходы к кредитованию, на «неоднородность применения правил и влияние политических факторов на отдельные решения». «Более 61% непогашенного кредита МВФ приходится на пять крупнейших заемщиков. Высокая концентрация носит устойчивый характер: при растущих сроках кредитования состав крупнейших заемщиков не меняется пять лет, а свыше 90% непогашенного кредита приходится на страны, сохраняющие задолженность перед фондом более шести лет», – говорится в его заявлении. Кредитование одних и тех же стран, по мнению министра, усиливает зависимость, требует повышенного внимания к созданию резервов, а также препятствует распределению средств в пользу наиболее нуждающихся, уязвимых государств.
МВФ, который старается поучать весь мир, как строить свои экономические и финансовые подходы, сам допускает ошибки. Чтобы не быть голословным Силуанов привел показательный пример: только за два года 2002–2024 гг. в 56% программ, в рамках которых странам предоставлялось разрешение отступить от количественных критериев их реализации (QPC), нарушения повторялись. «Умеренная гибкость при реализации программ может быть оправданной в условиях шоков, но повторные нарушения не должны становиться нормой. В таких случаях для сохранения дисциплины среди заемщиков фонду следует устанавливать для стран более конкретные, измеримые и ограниченные по срокам корректирующие меры», – пояснил министр.
Бросается в глаза также и неоднородность применения правил фонда, когда единовременно предоставляется основная часть средств по программам с повышенными рисками, а правила кредитования адаптируются под конкретных заемщиков. Иными словами, существуют избранные, для которых возможны смягчения предоставления займов и все остальные, с которых готовы содрать три шкуры.
Силуанов подчеркнул, что «эксклюзивные практики в пользу отдельных стран, разрушающие единообразие подходов в кредитной политике МВФ, недопустимы». Иными словами, для всех должны быть заданы одинаковые правила игры, потому что перекосы приводят к снижению «доли полностью успешных кредитных программ».
МВФ, по мнению российского министра, должен играть большую роль в мониторинге и реализации мер по сокращению бюджетных дефицитов и госдолга стран-участниц. «Фонду необходимо уделять более пристальное внимание мониторингу системно значимых стран-эмитентов резервных валют и проводить анализ трансграничных эффектов. Без эффективного и беспристрастного надзора МВФ мировая финансовая система остается уязвима к рискам, которые передаются через каналы резервных валют остальным странам», – отмечает Силуанов.
Прислушаются ли к словам нашего министра руководители международных структур, определяющих финансовые основы глобализма, захотят ли считаться с новым миропорядком, основанным на многополярности и взаимоуважении государств, покажет время. От того, как изменятся принципы работы МВФ и других глобальных структур, зависит судьба мировых экономик: удастся ли им загасить мировой финансовый кризис или он разрастется до огромных масштабов? Да так, что мало не покажется никому, в том числе и глобалистам, возомнившими себя властителями мира.
Юрий Алексеев, Столетие